Проблемы финансирования высшей школы

Виталий Видяпин Ректор Российской экономической академии им. Г.В. Плеханова

Реформирование высшей школы вызвано, по словам инициаторов, необходимостью борьбы с коррупцией в вузах, укрепления их финансового положения, повышения уровня знаний выпускников и в качестве панацеи вводятся единый государственный экзамен (ЕГЭ), государственные именные финансовые обязательства (ГИФО). Рассмотрим каждый из рецептов.

Уменьшились ли возможности взяточничества при поступлении в институт с расширением круга участников эксперимента ЕГЭ? Вряд ли! Ведь конкурсный отбор сохраняется и если раньше взятки давались за незаслуженное повышение оценки, то сейчас можно брать взятки за попадание в число отобранных «егэистов», т.е. за проходной балл. Нельзя исключить и возможности взяточничества в процессе проведения единых государственных экзаменов.

Что касается повышения качества школьного образования, то стимулирующее воздействие ЕГЭ весьма сомнительно. Официальные данные, публикуемые в прессе, свидетельствуют о растущем количестве медалистов-выпускников в целом по стране. И как не возрасти, и особенно в регионах, участвующих в эксперименте, если знания оцениваются по интервальной системе «от и до». Довод в пользу объективности и качества ЕГЭ недостаточно убедителен. Не обнадеживают и утверждения разработчиков о том, что 100 баллов по математике набрать могут только единицы.

Но как показывает опыт РЭА им. Г. В. Плеханова в 2000-2004 гг. число абитуриентов-медалистов, поступающих в Академию, неуклонно возрастает (с 922 чел. до 1715 чел.) и столь же неуклонно падает число абитуриентов, не подтверждающих медаль, т.е. не зачисленных по итогам вступительных экзаменов.

Поскольку уровень школьных знаний не всегда и не везде отвечает требованиям высшей школы, репетиторство просто необходимо. И это хорошо понимает значительная часть родителей. Именно родители в большей степени заинтересованы в репетиторстве. А вообще-то зачем с ним бороться? Репетиторство существовало во все времена и во всех странах, будет существовать и далее. Другое дело, что не все могут воспользоваться такой услугой, но это уже другая проблема. Так что проблемы упразднения репетиторства ЕГЭ решить не в состоянии.

И, наконец, о разрешении с помощью ЕГЭ проблемы равнодоступности образования. Актуальность реализации этой проблемы не вызывает сомнений. Гарантом равнодоступности выступает Министерство образования и науки РФ в качестве представителя федеральной власти. Данной ему властью оно устанавливает квоты приема сдававших единый государственный экзамен.

Так что хочешь или не хочешь, а «егэшников» принимай. В целом на стадии эксперимента такая обязаловка возможна и оправдана, но далее реальность диктует свои условия. Особенно ярко это проявляется в условиях столичных вузов, учеба в которых (стоимость транспорта в столицу, проживания, питания и пр.) многим абитуриентам не по карману.

Получается, что заявленный по существу справедливый принцип, в реальности превращается в декларативный.

Из краткого обозрения ясно, что провозглашаемые разработчиками преимущества ЕГЭ перед устоявшимися формами отбора абитуриентов малозначимы. Их социальная роль на самом деле несколько преувеличена.

Имеет смысл посмотреть на ЕГЭ и с экономической точки зрения. На разработку концепции, отработку механизма функционирования, формирование тестового портфеля уже затрачены колоссальные средства, задействованы тысячи людей с заработной платой не по тарифной сетке. И это не внебюджетные средства, а средства налогоплательщиков. К сожалению, официальные данные по этому поводу в широкой прессе не публикуются. По неофициальным данным в создание системы ЕГЭ уже вложено более 1,5 млрд. рублей, в ближайшие годы предполагается затратить еще не менее 4,0 млрд. рублей.

К тому же ЕГЭ  не разовая кампания, а постоянно действующая система и значит отчисления из бюджета также постоянны.

А во что обходится государству использование традиционных форм отбора абитуриентов? Государству приемные экзамены не стоят ни копейки! Ни одной сметой вуза по расходованию бюджетных средств такие расходы не предусматриваются. Министерство, как распорядитель федеральных средств, деньги на эти цели вузам не выделяет. Каждый вуз выходит из положения самостоятельно и, в основном, за счет зарабатываемых им средств.

Как видно, с экономической точки зрения отказываться от старой системы пока еще рано. К тому же не следует забывать, что российская система формирования студенческого контингента всегда была предметом зависти наших зарубежных коллег.

В соответствии с программой реформирования введение единых государственных экзаменов (ЕГЭ) сопровождается внедрением государственных именных финансовых обязательств (ГИФО). Впервые это новое экономическое явление было озвучено в 1998 году в Голицыно на совещании с участием представителей крупнейших вузов страны. Правда, тогда это явление называлось не ГИФО, а образовательным ваучером. После бурных дебатов это предложение не было принято. Теперь он реанимирован и возродился в облике ГИФО.

Каково же его предначертание?

По замыслу разработчиков внедрение ГИФО необходимо, прежде всего, для укрепления финансового положения вузов. В основу заложен принцип подушевого финансирования: сколько принял «егэшников», столько получил ГИФО, а следовательно, и денег из федеральной казны. Отсюда следует, что ГИФО работает в одной связке с ЕГЭ, составляет его материальную базу, повышает его социальную значимость, выполняет функцию «костыля для хромого».

Разработчики почему-то убеждены, что ГИФО будет служить активным стимулятором для школьников. Они станут лучше учиться, чтобы успешно сдать ЕГЭ, получить ГИФО самого высокого ранга и поступить в самый престижный вуз России.

Интересна система ранжирования финансовых обязательств. Приказом Минобразования России и Минфина России установлено 5 категорий ГИФО, каждая категория определяется своими критериями и имеет свое денежное наполнение. Самый дорогой ГИФО имеет первую категорию и его наполнение на 2004 год составляет 12500 рублей, а для особо значимых специальностей  17500 рублей. Он соответствует ЕГЭ с результатом от 80 до 100 баллов.

И еще одна особенность ЕГЭ. В отличие от традиционного «аттестата зрелости» он недолговечен. Подобно бабочке-однодневке его жизненный цикл составляет ровно один год. Если в этот срок его владелец независимо от причин не поступал или не поступил в вуз, ему придется, в случае желания все-таки поступить, заново проходить процедуру получения нового ЕГЭ, а следовательно, и ГИФО.

Как бы, между прочим, говорится о том, что владельцы более низких категорий ГИФО сами доплачивают разницу в оплате. Неясно, о какой разнице идет речь: между высшей категорией ГИФО и имеющейся у владельца или между стоимостью ГИФО и стоимостью обучения в вузе.

Вообще экономическое обоснование ГИФО туманно. Сама по себе идея заслуживает внимания. Действительно, каков набор, таково и финансовое обеспечение вуза. Справедливо и разумно. Но механизм реализации не представлен или представлен не вполне четко. Но именно при реализации хорошие идеи зачастую искажаются. Прежде всего, наполнение ГИФО должно отражать действительные затраты на подготовку специалиста. А эти затраты не равноценны и имеют широкий спектр в зависимости от специальности. Затраты на подготовку специалистов мирового уровня в области экономики составляют не менее 10-12 тыс. условных единиц в год. Несомненно затраты на подготовку специалистов в области физики, астронавтики, химии и других отраслей науки гораздо выше.

Как сопрягаются столь разноплановые условия в стоимости ГИФО? Усреднение здесь неприемлемо. Разработчики разъясняют, что, дескать, деньги, приносимые ГИФОмами, предназначаются только для выплаты заработной платы профессорско-преподавательскому составу. Включаются ли сюда остальные категории работающих пока не ясно.

Здесь уместно обратить внимание на этическую сторону проблемы. Не очень приятно постоянно видеть перед собой человека, который своим присутствием напоминает о том, что именно он принес средства на заработную плату профессору.

Если с наполнением ГИФО и использованием выделяемых по нему средств все более или менее понятно, то проблемы возмещения остальных затрат остаются по-прежнему нерешенными. По словам реформаторов, они будут возмещаться из федерального бюджета. В какой степени? До удовлетворения фактических потребностей, до базового уровня или по мере возможностей? Нетрудно заметить, что в любом случае речь идет о возможностях федерального бюджета. А коли это так, то и ожидать принципиальных и радикальных изменений в финансировании высшей школы не приходится.

Итак, ЕГЭ и ГИФО вместе или раздельно не избавляют нас от «дырочной» экономики. Вузы все время латают «тришкин кафтан». Но сколь его не латай, а исход один и он известен. Главным методом реформирования высшей школы, как и всей экономики, продолжает оставаться метод «проб и ошибок».

Видимо настала пора, когда всем нам, включая и властные структуры, надо просто признать и открыто сказать, что достойное содержание высшей школы государству не по карману.

Решение проблемы финансирования высшей школы в объемах, обеспечивающих ее постоянное развитие, и есть заглавная задача нынешнего этапа. Все ЕГЭ и ГИФО, несмотря на революционный характер, не решают этой проблемы.

А раз это так, и государство есть сообщество граждан, то естественно и правомерно ставить вопрос об участии граждан, желающих получить высшее образование, в финансировании высшей школы. Ничего зазорного в этом нет.

Уместно напомнить, что практика привлечения граждан к финансированию образования применялась и в советское время.

Постановлением Правительства Союза ССР от 26 октября 1940 г. № 638 «Об установлении платности обучения в старших классах средних школ и в высших учебных заведениях СССР и об изменении порядка назначения стипендий» устанавливалось:

«Учитывая возросший уровень материального благосостояния трудящихся и значительные расходы Советского государства на строительство, оборудование и содержание непрерывно возрастающей сети средних и высших учебных заведений, Совет народных комиссаров СССР признает необходимым возложить часть расходов по обучению в средних школах и высших учебных заведениях СССР на самих трудящихся и в связи с этим постановляет:

1. Ввести с 1 сентября 1940 года в 8, 9 и 10 классах средних школ и высших учебных заведениях плату за обучение.

2. Установить для учащихся 8-10 классов средних школ следующие размеры платы за обучение:

а) в школах Москвы и Ленинграда, а также столичных городов союзных республик  200 рублей в год; б) во всех остальных городах, а также селах  150 рублей в год.

Примечание. Указанную плату за обучение в 8-10 классах средних школ распространить на учащихся техникумов, педагогических училищ, сельскохозяйственных и медицинских школ и других специальных средних заведений.

3. Установить следующие размеры платы за обучение в высших учебных заведениях СССР:

а) в высших учебных заведениях, находящихся в городах Москве и Ленинграде и столицах союзных республик,  400 рублей в год; б) в высших учебных заведениях, находящихся в других городах,  300 рублей в год;

в) в высших учебных заведениях художественных, театральных и музыкальных  500 рублей в год.

4. Плата за обучение вносится в соответствующие учебные заведения равными долями два раза в год: к 1 сентября и к 1 февраля.

Примечание. За первое полугодие 1940/41 учебного года плата вносится не позже 1 ноября т.г.

5. Плата за заочное обучение в средних и высших учебных заведениях взимается в половинном размере.

6. Установить, что с 1 января 1940 г. стипендии назначаются лишь тем студентам и учащимся в техникумах, которые проявили отличные успехи».

Лаконично, четко и ясно! Чем не соответствует преамбула постановления нашему времени? Почему и нам снова не вернуться к вопросу о платности высшего образования. Оппоненты такого подхода ссылаются на Конституцию РФ, которая устанавливает право гражданина на бесплатное высшее образование. И снова стоит обратиться к предшествующему опыту. Во всех предшествующих Конституциях также говорилось о праве на бесплатное высшее образование. И, тем не менее, в трудное время государство обращалось за помощью к населению.

В принципе бесплатного образования не существует вообще. Вопрос состоит в том, кто и в каком объеме оплачивает расходы на образование. Расчеты показывают, что выпускники вузов возмещают затраченные государством на их подготовку средства в среднем за 13-15 лет через выплачиваемые в процессе работы налоги. В последние годы в мире прослеживается тенденция развития именно платного образования. Даже такая страна как Великобритания, известная своей приверженностью к устоявшимся традициям, принимает закон об оплате обучения в Университетах.

Плата за обучение в СССР в соответствии с указанным выше Постановлением составляла в 1940 г. в среднем примерно 10 % от семейного бюджета (при одном работающем), в 1950 г. и далее вплоть до отмены оплаты в 1954 г.  около 5 %. Видимо это и есть оптимальная доля семейного бюджета, которая может быть выделена на обучение детей.

Если допустить, что средний душевой доход в целом по стране соответствует московскому и составляет около 200 тыс. рублей в год при одном работающем, то для обучения такая семья может выделить 20 тыс. рублей. В совокупности с ГИФО общий объем дополнительных средств, направляемых на подготовку, к примеру, высококвалифицированного экономиста может составить около 32,5 тыс. рублей или около 20 % стоимости обучения в Академии.

Практика применения платного образования в РЭА им. Г. В. Плеханова убеждает, что большая часть населения не в состоянии оплачивать реальную стоимость обучения в вузе.

Если до знаменитого дефолта желающих получить образование в Академии на возмездной основе при оплате в 5000 у. е. в год было предостаточно, то в последующие годы численность «платников» неуклонно сокращалась. И только в 2004 году наметился перелом и численность «платников» стала увеличиваться. Как видим, финансовое положение вузов не может улучшиться ни при ГИФО, ни при привлечении средств родителей, ни при совместном их использовании.

Основным источником финансирования высшей школы продолжает оставаться федеральный бюджет, который и так перегрет.

В развитых странах обучение оплачивается студентами, как из собственных средств (семейного бюджета), так и с помощью кредитов. При этом образовательное кредитование осуществляется государством через уполномоченные им структуры (фонды, банки, финансовые компании и др.). Образовательное кредитование принципиально отличается от всех других его видов. Оно не имеет цели получения прибыли, а устанавливаемые ставки кредитования направлены на покрытие расходов по обслуживанию кредитов.

В России также проводится эксперимент по отработке механизма образовательного кредитования. В качестве уполномоченного определен Сберегательный банк России, доверие к которому у населения сохраняется еще с советских времен. И в очередной раз хорошее начинание не нашло продолжения на уровне исполнения. Сбербанк выдает кредит на образование родителям претендента при условии предоставления в залог имущества или двух поручителей, также имеющих что заложить. Срок погашения кредита  10 лет. Кредитная ставка первоначально была определена в 22 % годовых, в настоящее время ставка снижена до 19 %. Понятно, что никакой это не образовательный кредит, а самый обычный коммерческий со всеми вытекающими отсюда последствиями. Именно поэтому такая форма кредитования не нашла признания у населения и существует только на бумаге.

Из всего сказанного можно сделать вывод, что ни одна из предлагаемых форм финансирования не обеспечивает кардинального улучшения финансового состояния высшей школы, не снимает и бремя с федерального бюджета. Чем дольше сохранится такое положение, тем хуже для высшей школы, а, следовательно, и для всей страны.

Для выхода из положения необходимо найти другие источники финансирования. И такие источники есть. Это не средства государства, а частный капитал. В данном случае речь идет не о спонсорской помощи, имеющей разовый характер, а о долгосрочных вложениях инвестиционного характера. В условиях финансового голода такой подход вполне оправдан и экономически целесообразен.

Главная задача государства состоит в таком регулировании процессов финансирования высшего образования, чтобы семейный бюджет, личные интересы каждого гражданина заметно не пострадали. Вот почему инвестиции частного капитала в образование приобретают особую роль. При этом следует понимать, что без создания соответствующего инвестиционного климата привлечь частный капитал в образование не удастся. И это важнейшая задача государства.

Наконец нельзя не учитывать и общественное мнение, необходимо изменить стереотипное мышление по поводу качества платного обучения. Очевидно, что привлечение частного капитала резко расширяет инструментарий и возможности финансирования высшей школы.

Обобщая сказанное, можно сделать вывод, что даже на настоящем этапе развития экономики имеются все предпосылки для формирования целостной системы финансирования вузов. Основными элементами такой системы могут стать и ГИФО, и различного рода гранты, и средства родителей, и спонсорская помощь, и средства попечителей, и образовательный кредит, и предпринимательская деятельность, и частный капитал.

Задача состоит в создании такого организационно-экономического механизма, который обеспечивает равноправное функционирование каждого элемента системы, оптимизацию их рационального сопряжения, формирование условий для гармонизации интересов граждан, государства и частного капитала. Очевидно, что в новых условиях необходимы и иные организационно-правовые формы функционирования всего образования и, прежде всего, высших учебных заведений.

В настоящее время представляется наиболее целесообразным и наименее затратным переход на такие организационно-правовые формы, как «государственная автономная некоммерческая образовательная организация» (ГАНОО) и «Автономное образовательное учреждение» (АОУ). Однако переходу на новые организационно-правовые формы деятельности должны предшествовать серьезные исследования и практическая отработка механизма управления, что позволит избежать многих ошибок, допускаемых в настоящее время.

Прежде всего, необходимо отработать наиболее приемлемую форму образовательного кредитования. Выше говорилось о кредитовании обучения через Сберегательный банк России. Ясно, что условия получения таких кредитов не отвечают интересам населения, а потому они и не получили распространения.

В обществе все чаще обсуждаются возможности государственного кредитования образования в форме беспроцентных ссуд. Заманчивая идея. Теоретически такие возможности существуют, но для этого государство должно располагать соответствующими финансовыми ресурсами. Но не надо забывать, что идея образовательного кредитования сама родилась в условиях финансового голода. Так что объективных возможностей для государственного кредитования образования на нынешнем этапе развития экономики не наблюдается и оснований для улучшения ситуации на ближайшие пять лет не предвидится.

С интересной инициативой выступила Ассоциация российских банков (АРБ), о чем сообщили «Новые известия» (Москва) в номере от 27.09.2004 г. и «Коммерсант» в номере от 29.09.2004 г. В соответствии с концепцией Ассоциации кредиты должны стать доступными каждому студенту, сумма кредита не ограничивается, кредитом предусматриваются расходы на проживание, питание, одежду и пр. Важным достоинством следует признать применение льготной ставки погашения кредита: не выше ставки рефинансирования Центробанка за вычетом 2,0%. В целом, по оценке специалистов АРБ государство заплатит за студента банку, выдавшему кредит, не менее 5,0% от выданной суммы в год. По решению банка заемщику может быть предоставлена отсрочка начала погашения кредита на срок до 3-х лет. Кроме того, государство возьмет на себя ответственность за выплаты по кредитам, в случае если заемщик не сможет его погасить. Высказанные Ассоциацией банков предложения достаточно реальны и перспективны, однако торопиться с принятием соответствующего закона, на наш взгляд, не следует. Пока еще много неизвестного.

Хотелось бы напомнить, что указанная инициатива родилась под влиянием эксперимента начатого в 2003 году (а не в 2004 году, как пишут в газетах) Российской экономической академией им. Г. В. Плеханова совместно с ООО «Компания «Базовый элемент», ООО «Крэйн» и банком «Союз».

В 2004 году к эксперименту присоединились 3 крупнейших вуза страны: Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова, Санкт-Петербургский государственный университет, Московская сельскохозяйственная академия им. К. А. Тимирязева.

В соответствии с заключенным между участниками соглашением образовательный кредит выдается абитуриенту, успешно прошедшему вступительные испытания, после представления в банк приказа о его зачислении в число студентов вуза.

Общая сумма кредита составляет 25 тыс. у.е. или 5 тыс. у.е. в год. Такова стоимость обучения в РЭА им. Г. В. Плеханова в настоящее время. Указанная сумма установлена, исходя из платежеспособности желающих учиться в Академии и достаточности материально-технического обеспечения учебного процесса.

В дальнейшем по мере укрепления благосостояния населения и развития материально-технической базы Академии стоимость обучения будет возрастать.

Кредит выдается студенту, а не родителям, без какого-либо залога и без поручительства сроком на 10 лет под 10,0% годовых. Поскольку студент не получает всю сумму сразу, а использует ее в форме кредитной линии, средняя ставка кредитования уменьшается до 5,0% годовых. Другими словами, взявший кредит в сумме 25 тыс. у.е. через 10 лет возвращает около 38 тыс. у.е. При этом необходимо учитывать, что соглашением установлен льготный период при погашении кредита сроком на 5 лет. Иначе говоря, студент имеет право начать возврат кредита после окончания вуза, т.е. когда он начинает сам зарабатывать деньги.

Предельная численность возможных получателей образовательного кредита установлена в количестве 1000 человек для РЭА им. Г. В. Плеханова.

Что же показали первые два года инициативного кредитования? Во-первых, многим стала понятна суть идеи образовательного кредитования, насущная потребность в ее реализации. Для справки следует отметить, что РЭА им. Г. В. Плеханова в течение пяти лет обращалась к банковскому сообществу, руководителям отдельных банков с предложениями и приглашениями к сотрудничеству в таком благородном деле. И только учредители ООО»Компания «Базовый элемент» откликнулись на наш призыв, и приняли участие в разработке механизма образовательного кредитования. Теперь уже и банковское сообщество в лице своей Ассоциации считает возможным и необходимым принять участие вместе с государственными структурами в разработке механизма кредитования.

Во-вторых, за два года эксперимента ни один из вузов, участвующих в нем, не выбрал предельную численность кредитуемых. Такое положение обусловлено тем, что в обществе все еще существует недоверие к коммерческим банкам, которое усугубилось развернутой в средствах массовой информации кампанией о якобы предстоящем массовом банковском банкротстве. К сожалению, многие желающие не могли брать кредит из-за отсутствия или недостатка мест в общежитиях.

В процессе эксперимента выявились проблемы, которые ранее не были столь очевидны. Прежде всего, необходимо пересмотреть значимость государственного заказа. Традиционно считается, что именно государственный заказ обеспечивает соблюдение конституционных прав граждан на получение высшего образования. Каждый вуз почитает за благо участвовать в конкурсе на выделение бюджетных мест. При этом конкурс объявляется и по тем специальностям, по которым наблюдается по оценкам экспертов «перепроизводство». Усиленно муссируются слухи о возврате к советским временам, к обязательному распределению молодых специалистов. Давайте разберемся по существу. Если есть заказ, значит существует и потребитель. И если человек обучается по госзаказу, за деньги заказчика, следовательно, он обязан отработать эти деньги, и там, куда направит его владелец денег. Возврат к системе распределения для лиц, обучающихся по госзаказу объективная необходимость, с которой нельзя не считаться. Речь должна идти о социально значимых специальностях, таких как учителя, врачи, агрономы и т.д. Зачем нужен госзаказ на экономистов и юристов, если их готовят во всех абсолютно вузах? Рынок предполагает свободу выбора. И если кто-то хочет стать экономистом или юристом он должен понимать, что место работы ему никто не готовит, он должен своим трудом добывать его. Жестко, но рынок есть рынок. В этих условиях и госзаказ становится весомым, полноценным, за него есть смысл побороться. А сейчас он размазан и не покрывает всех затрат на подготовку специалиста. Конечно, государство может «заказать» и юриста, и экономиста, но в условиях рынка оно должно платить столько, сколько стоит их подготовка в том или ином вузе и при этом обеспечить выпускника местом работы.

Вызывает сомнение переход в ближайшее время на всеобщее кредитование высшего образования, поскольку банков располагающих столь большими средствами просто нет. Надо понимать, что практически колоссальные средства замораживаются примерно на 7-10 лет, пока не начнется возврат кредитов. Эксперимент по отработке механизма кредитования целесообразно проводить с отдельными вузами и сильными коммерческими структурами.

Очевидно и то, что и государство должно участвовать в эксперименте. Хотелось бы отметить, что образовательный кредит не решает всех вузовских проблем. Чтобы вузы могли соответствовать времени, они должны постоянно развивать свою материально-техническую базу. Только образовательный кредит разрешить такую задачу не в состоянии. Должны иметь место более мощные источники ресурсов. У государства таких ресурсов нет и еще долго не будет. Следовательно, государство должно найти солидных партнеров. В качестве такого партнера может и должен стать частный капитал.

Естественно отношения между государством и частным капиталом, как и полагается между партнерами, должны строиться на равноправной основе. Одним из основных принципов партнерских отношений является взаимное уважение.

Частный капитал, как известно, ставит основной задачей свое приумножение. Это суть его функционирования и, беря частный капитал в партнеры, государство должно создавать условия для его самореализации, гарантировать сохранность и безопасность. Формы партнерского сотрудничества могут быть различными. Это и налоговые льготы, и государственные гарантии, и приоритеты в государственных заказах и программах и т.д. Но наиболее полно и наглядно равноправное партнерство может проявиться в соучредительстве. Государство может поделиться своими правами и передать частному капиталу ряд своих полномочий, а, следовательно, соответствующую долю собственности.

В обществе сейчас много говорят о приватизации высшего образования. Считается, что приватизация погубит его, что приватизаторам нужна собственность как таковая, а не содержание учебного процесса. Печальный опыт предыдущей приватизации не располагает к оптимизму. Но в данном случае речь идет не о приватизации, а о равноправном сотрудничестве с соблюдением взаимных интересов. Не надо думать, что найдется много желающих выкупить вуз, проще найти соучредителя или соучредителей. И нельзя принимать всеохватывающие решения, необходимо провести серьезные исследования и хорошо продуманные эксперименты на отдельных вузах.

С целью отработки механизма привлечения частного капитала в сферу высшего образования в рамках действующей системы было бы целесообразно провести эксперимент по преобразованию одного или нескольких государственных вузов в Государственную автономную некоммерческую образовательную организацию (ГАНОО). В случае положительных результатов эксперимента практика привлечения частного капитала может быть распространена на другие вузы и закреплена в законодательном порядке.

В качестве одного из вузов для проведения эксперимента может быть предложена Российская экономическая академия им. Г. В. Плеханова.

Это обусловлено следующими причинами. Академия является одним из ведущих экономических вузов страны и прямым правопреемником Коммерческого института, организованного на средства Московского купечества, т.е. частного капитала, в 1907 году и вполне оправдано ее возвращение к своим исторически корням

Как экономический вуз, по своей сути, Академия наиболее предпочтительна для отработки организационно-экономических механизмов в высшей школе. Выпускники Академии целевым образом готовятся для работы в условиях рыночной экономики. Академия имеет значительный опыт привлечения внебюджетных средств в свою деятельность. Она впервые внедрила платное обучение, и ее опыт послужил основой для распространения платного образования в России. И, наконец, как уже указывалось, Академия совместно с ООО «Компания «Базовый элемент» и ООО «Крэйн» в 2003 году впервые внедрили в практику привлечение частного капитала в форме образовательного кредита.

Таким образом, все предпосылки для проведения эксперимента на базе РЭА им. Г. В. Плеханова имеют место быть.

Основными результатами эксперимента должно стать:

отработка механизма снижения бремени на федеральный бюджет;

укрепление и развитие материально-технической базы вуза в соответствии с современными требованиями;

повышение качества подготовки специалистов до уровня ведущих университетов мира;

повышение общественно-социального статуса преподавателя вуза и студента;

оптимизация подходов по привлечению частного капитала в сферу высшего образования.

В качестве учредителей ГАНОО «Российская экономическая академия им. Г. В. Плеханова» было бы целесообразно выступить Министерству образования и науки Российской Федерации и ООО»Компания «Базовый элемент» в лице ООО «Крэйн». Такой подбор участников предпочтителен тем, что Министерство образования и науки выступает в качестве полномочного представителя и гаранта государства, а ООО «Компания «Базовый элемент» в лице его уполномоченной структуры ООО «Крэйн» уже имеют опыт работы с высшим учебным заведением в части привлечения внебюджетных средств, имеют достаточный потенциал финансовых ресурсов и отражают интересы частного капитала.

Необходимо подчеркнуть, что представленные материалы не призывают к свертыванию реформ в сфере высшего образования. Реформы объективно необходимы, но нельзя не видеть, что многие решения поспешны, экономически слабо обоснованы, принципиально не меняют сложившуюся систему финансирования вузов.

В данной статье не ставилась задача рассмотреть все проблемы высшего образования в целом, и экономического, в частности. Однако нельзя не понимать, что успешное разрешение большинства из них базируется на прочном финансовом фундаменте вуза.

наверх