В своем докладе министр образования и науки Андрей Фурсенко на заседании Правительства РФ, проходившем в декабре 2004 года и посвященном проблемам образования, изложил некий общий взгляд на развитие отрасли. Было учтено многое из того, что предлагалось Советом союза ректоров вузов, Советом директоров средних профессиональных учебных заведений и Российской организацией содействия развитию образования. Тем самым ректорское сообщество и Министерство образования и науки РФ сделали шаг к сближению в интересах развития отрасли. Что предлагается в средней перспективе? Сначала о том, что не вызывает сомнения.
Во-первых, предлагается ничего не ломать. Ввести в школе подготовительный класс для обучения шестилеток не по учебным, а игровым программам, чтобы более-менее уровнять шансы детишек при поступлении в первый класс. В этом случае они лучше и быстрее развиваются. Сегодня же, из-за того, что система детских садов разрушена, многие дети не имеют возможности обучаться до школы. При такой системе школа не будет называться двенадцатилетней, т.к. класс игровой, без учебных планов. Не думаю, что со следующего лета нововведение будет носить приказной характер, ведь законодательно оно еще не оформлено.
Во-вторых, больше внимания в докладе было уделено высшему образованию, и очень мало говорилось о начальном и среднем, потому что Министерство считает, что в ближайшее время серьезных изменений здесь не ожидается. Моя позиция несколько отличается от позиции Министерства в части, касающейся изменений, планируемых в высшем образовании. Речь идет, прежде всего, о двухуровневой системе образования: бакалавриате и магистратуре. После продолжительных, около года, дискуссий принято решение, что в российском образовании будет сохранена традиционная ступень «специалист».
На собрании студентов (это ребята, которые имеют уже по 15-20 публикаций в ведущих журналах мира) и профессоров одного из факультетов МГУ я задал вопрос: «Если вас учить не пять с половиной лет, а четыре года, и вы будете бакалаврами, кем вы будете работать?». Ответ был однозначным: «Лаборантами в зарубежных лабораториях!». В такой области, как новейшие фундаментальные исследования наук о материалах, математики, или инженерной науки за четыре года грамотного и востребованного специалиста не сделаешь. Поэтому я настаиваю на понятии «специалист». Мы должны вводить понятие «бакалавр» и, как следствие бакалавриата и понятие «магистр», параллельно должен быть «специалист», затем «аспирантура», потом «кандидатская диссертация» и, наконец, «докторская». Система доктора наук не существует в других странах, кроме Германии. Потерять для России систему доктора это трагедия и для науки и для образования. На заседании Правительства РФ мною было предложено российскую систему образования называть многоуровневой, которая как раз и предполагает наличие специалиста, аспиранта, кандидата и доктора. А двухуровневая по общему понимаю это бакалавр, магистр и магистр философии.
Что касается Болонского процесса, считаю, что здесь были переставлены местами причины и следствия. Интегрироваться в международное образовательное сообщество, безусловно, нужно. Этого требует общий рынок, экономика. Молодые люди должны иметь возможность общаться. Но, к сожалению, мы пошли не тем путем. Мы сразу решили, что надо подписать Болонское соглашение со всеми вытекающими последствиями. Считаю, что мы должны были поставить вопрос о компетенции специалиста. Возьмем, к примеру, диплом выпускника пятого курса мехмата МГУ и сравним учебные планы, нагрузку, предметы, последовательность их изучения и его итоговую компетентность с компетентностью выпускника любого специалиста зарубежного вуза. Сравнение будет в пользу нашего студента. Так зачем нам тогда четырехлетний математик, когда мы по компетентности номер один в мире?! Вывод такой: необходимо интегрироваться, взаимно признавать дипломы, но мы не должны снижать уровень российского образования ради получения сертификата бакалавра по западному образцу.
В-третьих, в докладе говорилось о науке в университетах. Мною была приведена выдержка из постановления Совета народных комиссаров от 20 декабря 1945 года: «Учитывая уникальную систему подготовки физиков в Московском университете, создать в МГУ институт ядерной физики». Подписали этот документ академики Вавилов, Курчатов, Капица, Алиханов. Именно они задавали тон заседанию Совета народных комиссаров при принятии решения о создании института. Уход науки из университета неизбежно означает, что он перестает быть таковым. Я считаю, что в критерий университета должно быть введено понятие научной работы. Если мы хотим, чтобы наша система образования была лучшей и основывалась на науке, мы должны сохранить науку в университетах.
В-четвертых, обсуждался так называемый единый государственный экзамен и другие формы приема в вузы. Мое отношение к ЕГЭ не меняется. Считаю, что нельзя ориентироваться в основном на этот экзамен, хотя он является формой контроля качества образования. Доклад министра содержал некоторые предложения, которые нас устраивают. ЕГЭ позволяет создать систему независимой экспертизы школьников. В этом году в результате ЕГЭ якобы увеличилось число сельских абитуриентов, поступивших в вузы, поэтому Министерство считает, что единый государственный экзамен надо вводить как одну из форм приема в вузы. При этом должна быть создана система олимпиад, через которую должны принимать в вузы талантливых ребят. В ряде случаев по решению высших учебных заведений они должны будут иметь возможность принимать вступительные экзамены у себя. Тем самым создается многовариантность приема в вузы. Но в стране должна быть создана другая система поиска и поддержки талантливых людей, особенно из регионов: это творческие конкурсы, интеллектуальные игры и та же система олимпиад. Считаю, что в самих вузах должна быть оставлена прежняя система приема в это учебное заведение. Но уже то, что Министерство предлагает многовариантность системы приема, является результатом компромисса.
Последнее, что обсуждалось на заседании Правительства, это ресурсное обеспечение. В 2004 году Россия потратила четыре с половиной процента ВВП на образование. Эта цифра была озвучена впервые. Экономически развитые страны, наши соседи Германия, Финляндия, Дания, Франция и даже Польша тратят от семи до девяти процентов ВВП на образование. Я сказал в своем выступлении, что все реформы обречены до тех пор, пока профессор будет получать две тысячи рублей, что ниже средней зарплаты по стране, и пока не будут проведены принципиальные изменения в вопросе ресурсного обеспечения. В истории России было около тридцати образовательных реформ, ни одна полностью не удалась. Самая эффективная из них была в 1804 году, связанная с написанием устава Московского Университета, действие которого распространялось на всю систему образования Российской империи. За основу была взята автономия университетов, право выборности.
Вторник, 4 июля 2006 г.
