Венгрия снова заговорит по-русски

Будапештский университет дает знаний в 1,5 раза больше, чем Гарвард

Игорь Горюнов 

В Венгерском культурном центре в Москве состоялась встреча с журналистами ректора Будапештского университета Ференца Худеца и директора Центра русистики Дюла Свака. На ней гости подвели итоги своей четырехдневной поездки в Россию, в ходе которой провели переговоры с российскими коллегами о расширении межуниверситетского сотрудничества. У венгерской делегации, в частности, состоялись встречи с ректором МГУ В. Садовничим, ректором МГИМО А. Торкуновым и ректором РГГУ Е. Пивоваром, ректором Югорского университета Ю. Реутовым. В ходе переговоров российская сторона выразила поддержку планам создания в Будапештском университете методологического центра русистики и обещала принять активное участие в его работе. Кроме того, обсуждались вопросы введения в Будапештском университете нескольких новых русскоязычных отделений на уровне магистратуры, возможности обмена студентами и преподавателями, расширения сотрудничества между аспирантами венгерских и российских вузов. Прежде всего сотрудничество будет происходить в области гуманитарных, общественных, естественных и прикладных наук. Взаимное сотрудничество в подготовке кадров и интенсивный обмен специалистами между нашими странами прежде всего необходимы для обеспечения прорывов в области создания наукоемких технологий и обеспечения инновационного развития наших государств. Наш корреспондент попросил ректора Будапештского университета Ференца Худеца более подробно рассказать о цели визита в Россию, о ходе переговоров с коллегами, достигнутых результатах и планах на будущее. – В ходе визита мы подписали два соглашения: с фондом «Русский мир» и Югорским университетом. Кроме того, достигнуты договоренности с ректорами МГИМО и РГГУ о подготовке еще двух соглашений. С учетом того, что ранее у нас были уже подписаны договоры с МГУ и Санкт-Петербургским университетом, то в ближайшее время у нас будет 6 соглашений с российскими коллегами. Это позволит нам значительно расширить и конкретизировать сотрудничество.

– Многие венгерские университеты предлагают обучение на иностранном (в первую очередь, на английском) языке, начиная от степени бакалавра до аспирантуры во многих областях науки. В то же время на венгерском языке спектр выбора предлагаемых программ обучения и возможных специализаций намного шире, а плата за обучение ниже. Почему происходит процесс вытеснения венгерского языка из образовательного пространства Венгрии, ведь россияне, окончившие венгерские вузы, высоко оценивают качество полученного образования, а дипломы венгерских вузов высоко котируются в нашей стране?
– В Венгрии можно и нужно получать образование на венгерском языке, и это будет самый правильный вариант обучения. Например, в Будапештском университете можно изучать только венгерский язык и стать языковедом-филологом, а можно получить и специальное образование на венгерском или другом иностранном языке. Сейчас изучать биологию можно и на венгерском, и на английском языках, и как мы надеемся, раньше или позже, на русском. В современном мире борьба между университетами за студентов уже ведется и будет только возрастать. Поэтому Будапештский университет, как и вузы других стран ЕС, старается сделать учебу более интернациональной. Из этого следует, что мы должны предлагать учебу в Венгрии не только на венгерском, но и на языках тех стран, студенты из которых хотят учиться в Венгрии. Традиции такого рода обучения в Будапештском университете есть. Раньше у нас обучалось много студентов из Советского Союза, Болгарии, Вьетнама, Конго и др. Первый год они посвящали изучению венгерского языка, а потом изучали специальность. Сегодня все изменилось, и венгерские университеты реорганизуют свою работу, уточняют профиль своей деятельности. В складывающейся ситуации Будапештский университет, желая продолжать традиции венгерско-советского сотрудничества в области образования, очень заинтересован в учащихся из России и стран СНГ, для которых будут созданы возможности обучаться от степени бакалавра до аспирантуры не только на венгерском и английском, но и на русском языке. Создание Центра русистики в нашем университете должно способствовать решению этой проблемы – Центр будет помогать нам обеспечивать учебу студентов на русском языке по самому широкому спектру специальностей, т.е. получать хорошее фундаментальное образование в области математики, биологии, геологии, экологии, социологии и др.

– Венгрия и Россия участники Болонского процесса. Как в вашей стране встречен переход на двухступенчатую систему образования? Как вообще осуществляется этот переход? Как вы оцениваете происходящие изменения?
– Венгрия присоединилась к Болонскому процессу в 2006 году и тогда начало учиться первое поколение студентов по системе бакалавриата. Они окончат университет в следующем году, тогда и можно будет подводить какие-то итоги. Мы регулярно оцениваем наш опыт, но первую фазу можем оценить только после первого выпуска бакалавров. В доболонский период в Будапештском университете было около 500 разных отделений (специальностей). После произведенной нами перестройки это количество сократилось до 104 отделений. Своеобразие венгерского перехода к Болонскому процессу состояло в том, что мы сначала определили базовые отделения, а потом перешли к определению степеней мастеров (магистров). Задним числом мне кажется, что было бы лучше, если бы мы сначала создали целую систему: определились с магистерской ступенью и исходя из ее потребностей выстроили бакалавриат (базовые отделения). Тем не менее мое искреннее убеждение, что двухступенчатая система образования более адекватна требованиям современности, чем прежняя образовательная система. Поясню свою мысль. Сегодня высшее образование в Венгрии стало массовым. Если до 1989 г. в вузах училось не более 100000 человек, то сейчас эта цифра возросла до 450000 студентов. Один из результатов этого стремительно расширения – раньше в университет поступали очень способные и мотивированные молодые люди, то сейчас приходит большое число студентов, которые еще не определились в своих интересах и только ищут свою будущую профессию. И в чем-то их можно понять. Раньше, проучившись 5 лет и получив образование, выпускник мог легко устроиться по специальности. Это было выгодно и для студентов, и для общества. Тогда лучшие попадали на лучшие места. Сегодня только очень небольшая часть студенческой молодежи знает, кем она хочет стать, и уверена в том, чем она будет заниматься после окончания университета. Остальные – в некой растерянности и состоянии неопределенности. Им предстоит серьезная конкурентная борьба за лучшие места, и не все к ней готовы. Поэтому для этой категории студентов не лучшее решение – проучиться 5 лет и только после этого выходить на трудовой рынок. Здесь им как раз и приходит на помощь двухступенчатая система образования. Прослушав три курса, студент может прийти к заключению, что он не хочет продолжать учебу. Или хочет поменять профиль обучения. Или пойти поработать, а потом продолжить обучение. Двухступенчатая система привлекательна для студента, т.к. не предъявляет ему требований, которые он не в состоянии выполнить или не хочет выполнять. Такое положение дел благоприятно и для общества, потому что оно может принимать на работу мотивированных кандидатов, которые на данном уровне могут лучше выполнять определенную работу. Это выгодно и для бизнеса, потому что специалисту, получившему диплом после трех лет обучения, можно платить меньше, чем тем, кто окончил 5-летний курс. Вообще экономике диплом бакалавра обходится значительно дешевле, чем диплом специалиста. Однако переход от традиционной системы обучения к схеме «бакалавр – магистр» требует от университета переорганизации всей своей деятельности. Нельзя просто механически поделить пять лет на две части – нужна структурная реорганизация всего учебного процесса. Во время первых трех лет университет должен дать студенту знания, которые легко конвертируются на практике. Ведь после трех лет обучения молодой человек хочет устроиться на работу, начать зарабатывать деньги. Но если он получит в университете только теоретические знания, то ему будет очень сложно найти свое место в экономической структуре общества. Как поступать в складывающейся ситуации? Мы в Будапештском университете пошли по такому пути: сжали пятилетнюю программу в три года. Это было обосновано двумя причинами: университет хотел сохранить свое качественное образование и не хотели терять преподавателей.

– Сжимали знания с акцентом на практическую применяемость?
– Не совсем так. Это было бы самое простое решение. Мы просто пытались за меньший временной отрезок передать прежний объем знаний. Не в последнюю очередь такая установка была связана и с тем, что на тот момент положение о магистратуре еще не было разработано. Если бы наши преподаватели заранее знали, как будет выглядеть двухступенчатая система и не боялись бы потерять свою работу, то более смело бы меняли образовательную структуру университета. От таких не очень продуманных действий мы через некоторое время столкнулись со следующим феноменом. Оказалось, что из-за сверхконцентарции материала в программе бакалавриата в магистратуре как бы и нечему обучать. Другое последствие наших действий – очень много студентов отсеивалось в течение первых двух семестров обучения. Один пример. На отделении информатики 60% студентов «провалились» в конце первого курса. Тогда декан и ряд профессоров стали анализировать, почему это произошло. Они посмотрели, что преподается в лучших университетах мира (в Гарварде, Стенфорде, Массачусетсском технологическом институте и др.) на данном этапе обучения и увидели, что Будапештский университет дает на первом курсе гораздо больше, чем гарвард. И тогда началась кровавая межуниверситетская борьба факультетов за сокращение учебных курсов. Сейчас она практически закончилась, и мы достигли консенсуса в том, что важно не количество передаваемого студентам материала, а его качество, обучение студентов опыту самостоятельной мыслительной работы. Так что сейчас на уровне бакалавриата Будапештский университета дает знаний только в 1,5 раза больше, чем гарвард. А вообще только сейчас, опираясь на полученный практический опыт, мы начинаем по-настоящему, постепенно и систематически реорганизовывать трехлетний учебный процесса.

– Венгрия была лидером в Восточном блоке в таких областях, как информатика, фармакология, автобусостроение, сельское хозяйство. Российские ученые помнят тесное сотрудничество двух стран и хотели бы его продолжать. Как видится развитие сотрудничества в наукоемких областях, в подготовке специалистов для этих отраслей?
– Этот вопрос я бы разделил на две части. Первая – это сфера бизнеса. В этой области фирмы сотрудничают между собой, преследуя свои конкретные цели, и им, конечно, нужна юридическая, налоговая, научная, образовательная и другая поддержка. Второе. Научно-исследовательское сотрудничество и сотрудничество в области инноваций между университетами и исследовательскими центрами во многом задается на межгосударственном уровне. И такое сотрудничество между Венгрией и Россией существует. Что касается планов – то это такие области, как фармакология, нанотехнологии, сельское хозяйство и др. Но чтобы наладить эффективную работу в этих сферах, необходимо, чтобы участники этого процесса просто нашли друг друга. Для этого мы и встречаемся с российскими коллегами. Для этого наша делегация приехала в Россию. А когда контакты установлены, есть совместные планы, то можно искать деньги на их реализацию, на создание инновационной продукции.

наверх